Если вы до сих пор думаете, что пицца — это просто круглый блин с колбасой и сыром, который можно купить в любой закусочной у дома, ваши
рецепторы живут в обмане.
Настоящая пицца — это архитектура. Это философия муки и воды. И два ее самых ярких полюса, два антипода,
которые спорят за звание идеала — это Рим и Бруклин.
Один — это хрустящий пергамент, ломающийся с сухим треском. Второй — это сочный,
тягучий, сложенный пополам нью-йоркский ковер, с которого капает моцарелла. Давайте разберем их анатомию и научимся печь обе.
В чем разница? Анатомия корочки
Римская пицца (Pizza Romana) в ее классической уличной версии — это Pizza a Taglio, нарезаемая ножницами. Ее тесто —
это математическая формула. В нем почти всегда есть оливковое масло (около 5-8% от веса муки) и часто — небольшое количество солода или меда
для цвета. Влага (гидратация) там запредельная, до 80-90%. Это значит, что тесто выглядит как густая, едва держащая форму каша. Именно эта
полужидкая структура при выпечке на камне дает ту самую легендарную текстуру: невесомую, пористую, как пчелиные соты, корочку, которая
хрустит на зубах, как сухарик, но внутри остается абсолютно мягкой и пустой. Римская пицца — это про начинку. Теста мало, начинки много. Она
плоская, дерзкая и очень быстрая.
Бруклинская пицца — это прямая наследница неаполитанской, но выросшая на асфальте Манхэттена. Она большая, дерзкая, диаметром около 50-60
сантиметров. Ее край, знаменитый cornicione, — это пухлые, надутые пузыри, покрытые леопардовыми подпалинами от жара под 400 градусов. В отличие
от римской, бруклинская корочка гнется. Она не должна ломаться. Если вы сложили треугольный кусок пополам и кончик предательски не повис, а
остался стоять — это плохая бруклинская пицца. Тесто здесь богаче: больше соли (около 3%), часто используется сильная мука с высоким
содержанием белка (от 12-14%) и длительная холодная ферментация в холодильнике до 72 часов. Она пахнет хлебом, вином и жаром. Это
пицца-событие.
Рецепт первый: Римская дерзость (Pizza a Taglio)
Здесь не будет долгого замеса. Здесь будет химия.
Ингредиенты на большой противень: 500 г сильной муки (манитоба), 450 г ледяной воды, 10 г свежих дрожжей, 15 г соли, 30 г оливкового масла Extra Virgin.
- Процесс: В ледяной воде растворяем дрожжи. В чашу миксера засыпаем муку, вливаем воду с дрожжами. Месим крюком на самой низкой
скорости ровно 10 минут. Тесто будет рваным. Теперь всыпаем соль. Месим еще 5 минут. В самом конце, тонкой струйкой, вливаем оливковое масло.
Месим до полного впитывания. Тесто станет шелковым, но очень липким.
- Ферментация: Смазываем контейнер оливковым маслом, выкладываем тесто, закрываем. Оставляем при комнатной температуре на час (оно
должно запузыриться), а затем убираем в холодильник ровно на 48 часов. Это не прихоть, это закон. Холод разовьет те самые ореховые ноты во
вкусе.
- Выпечка: Достаем за час до готовки. Аккуратно, не сминая пузыри, выкладываем тесто на противень, смазанный маслом. Пальцами, не
скалкой, растягиваем его по углам. Оно будет сопротивляться — отпустите его, оно само сползет. Накалываем дно вилкой, чтобы не вздулось
одним большим пузырем. Смазываем пассатой (протертыми томатами), чуть солим, кидаем несколько листиков базилика. Выпекаем на камне или в
раскаленной до 280 градусов духовке 10-12 минут. Достаем, режем огромными прямоугольниками ножницами. Сверху — ломтики моцареллы ди буфала и
вяленые томаты. Хруст стоит на всю кухню.

Рецепт второй: Бруклинский размах
Здесь правит время. И лед.
Ингредиенты на два больших шара:
1 кг муки для пиццы (типа 00 или сильной российской), 600 г воды (гидратация 60%), 30 г соли, 3 г свежих дрожжей, 20
г оливкового масла.
Процесс: Это метод ледяного теста. 500 г воды берем ледяной, 100 г — комнатной температуры. Смешиваем муку и ледяную воду просто ложкой
до состояния комков. Накрываем пленкой и оставляем на 30 минут (автолиз). Затем добавляем оставшуюся воду с растворенными в ней дрожжами.
Месим в миксере 8 минут. Добавляем соль. Месим еще 5 минут. В конце — масло.
Холод: Делим на два шара, убираем в холодильник на 72 часа. Да, трое суток. За это время ферменты муки съедят сахара и выдадут
невероятный аромат.
Формовка: Достаем шар. Ни в коем случае не раскатываем скалкой — она убьет все пузыри. Только руки. Обваливаем в семолине (муке
крупного помола). От центра к краям растягиваем тесто, оставляя по периметру нетронутыми 2-3 сантиметра — это и будет наш cornicione. Основа
должна просвечивать, быть толщиной с лист бумаги в центре.
Выпечка: Духовка на максимум (250-270 градусов) с конвекцией, камень или сталь внутри греются минимум час. Перетаскиваем пиццу на лопату.
Соус наносим круговыми движениями, оставляя борт голым. Сыр — только хаотичными пятнами. Три минуты. Вы слышите? Это шипит томат. Достаем,
сбрызгиваем оливковым маслом, рвем свежий базилик руками. Складываем треугольник. Из разреза тянется горячая сырная нить. Первый укус — и
вы в Нью-Йорке.

Как собрать идеальный вечер:
Не пытайтесь печь их одновременно. Римская пицца прощает конвекцию и чуть меньший жар. Бруклинская требует адского пекла. Сделайте
римскую закуской. Пока гости хрустят прямоугольниками с прошутто и рукколой, ваше бруклинское тесто доходит до комнатной температуры.
Подавайте римскую на деревянной доске, просто бросив на нее гору рукколы, политой лимоном. Это уличная еда, пусть она живет на столе.
Бруклинскую подавайте на тканевой салфетке, сложенной вчетверо. Она должна дышать.
И забудьте про ножи и вилки. Настоящую пиццу едят руками. Пальцы будут в соусе, подбородок — в масле, а разговоры за столом станут громче.
Потому что хорошая пицца — это всегда повод отложить телефоны и просто быть рядом, разрывая горячий хлеб с теми, кто вам дорог. Рим научит
вас хрусту, Бруклин — тягучести. А вместе они научат вас любить тесто так, как любят его только итальянцы и нью-йоркские эмигранты —
беззаветно и навсегда.